"Тяготеет к фотографии". Так написали в характеристике студенту журфака МГУ Виктору Сенцову на практике в газете «Волжская коммуна». Да и он сам это понимал - и перевелся на фотоотделение ради чуда возрождения остановленного мгновения. Театр же всегда оставался неизменным сопровождением его студенческой жизни: рубль под старым входным билетом становился пропуском на галерку.

Работая в ежедневных газетах, Виктор для многих был как кость в горле - верстку пора сдавать в типографию, а он все возится с композиционным решением фотоблока или выбирает наиболее удачный кадр. Но именно в "Комсомольской правде" театр и фотография в его профессии наконец-то встретились. Вынужденное увольнение из "Комсомолки" казалось смерти подобно. Но как выяснилось, пришла пора освободиться от газетной рутины и сосредоточиться, быть может, на главном деле своей жизни. Театральные фотографии Виктора Сенцова пришлись ко двору и в стильной "Афише", и в классически старомодном тогда "Театре", далее везде. Предыдущий главный редактор "Театра" Валерий Семеновский назвал Сенцова фоторежиссером за вкус к внутрикадровому монтажу, смещению акцентов, воссозданию общекультурного контекста и прочей культурной "игре в бисер". И признался, что не раз отказывался публиковать столь сложносочиненные снимки, которые не всегда подходили для простой иллюстрации текста. Роль репортера, хроникера Виктору Сенцову вообще не очень подходит. На понравившийся спектакль он может приходить многажды. За продуманным кадром - охотиться с настоящей страстью - кадр из "Вишневого сада" Някрошюса: только с пятого раза дотошный мастер поймал тот миг, который разглядел (или продумал?) в вихре вечного движения - застывшую Раневскую, ножку Ани, которая не задержится в родовом гнезде, оставив в нем только легкий след, и... неумолимое время, которое стирает с лица земли вишневые сады, - оказывается, можно сфотографировать и этот процесс). Но когда два актера застынут на миг в эффектной позе, и дружный залп щелчков фотокамер ее отметят, Виктор Сенцов, скорее всего, затвор камеры не нажмет. «Столбняк мизансцен», - называет он такие моменты. Впрочем, когда в зале стоит гробовая тишина, Виктор, скорее всего, ее тоже не нарушит – жизнь спектакля ему важнее. Фотограф-репортер попросит себе место поближе, чтобы в упор "пристреляться" к крупным планам. Сенцов может уйти и под колосники - взгляд с высоты птичьего полета порой расскажет о спектакле куда больше, чем актерское лицо во всех подробностях грима.

 

Правда, среди театральных портретистов его место особое, в его работах попадаются портреты актеров зачастую становятся портретами спектаклей. Вот застыл в блаженном покое Городничий-Маковецкий (фотография передает, кажется, даже запах гавайской сигары, которую он позволил себе выкурить) - жизнь одарила его больше самой смелой мечты, мир застыл на вершине идиллии и скоро полетит в тартарары, но Городничий еще не знает об этом. Вот гримируется на Башмачкина Марина Неелова - под кисточкой гримера уже исчезла женщина и проступило бесполое актерское существо вне времени. Вот скользят две прямые не встретившихся взглядов - разве что в космосе они пересекутся: Гордин-Гуров и Свежакова-Анна Сергеевна - "обоим было ясно, что до конца еще далеко-далеко". Вот растерянный Табаков-Лука со слезами в глазах - "мяли много, оттого и мягок".

У Виктора Сенцова необычное для театрального фотографа хобби. Тема – сказки! Фарфоровые фигурки персонажей, раритетные издания, оригиналы иллюстраций к детским книжкам.

Другое хобби - альбомы по изобразительному искусству - больше объясняет его любовь к композиционным изыскам.

Ну а третье - автографы театральных героев - и вовсе легло в основу первого альбома Виктора Сенцова. Так когда-то альбом для гостей Алексея Бахрушина положил начало знаменитой коллекции.

Первые "трофеи" Виктора Сенцова - автографы оперных корифеев Кати Ричарели, Фьоренцы Касоты, Пласидо Доминго. Правда, западные звезды были сколь же вежливы, столь и предсказуемы - автографы публике они раздают на заранее подписанных открытках. Виктор Сенцов придумал другой ход - герои его фотосюжетов писали свои афоризмы или цитаты из роли. Так родился первый сенцовский фотоальбом с автографами-фразами: "Актер пытается стать Богом, но переходит меру и наказывается Богом (Теодор Терзопулос); "Мы видим не предметы, а отраженный на них свет" (Юрий Чурсин). Вторая фотокнига – иллюстрации к театральным постановка по Шекспиру, Гоголю и Чехову. Третья, которая только готовится, к изданию, будет называться «Театр на Фото» (Сценография. Мизансцены. Портреты). Она должна стать каталогом к пятой персональной выставке Виктора Сенцова в Музее им. Бахрушина.



Current Issue


 

Search the site