«Инфра»: одиночество в час пик

03.04.2015

«Инфра»: одиночество в час пик

На фестивале «Золотая маска» показали «Вечер одноактных балетов», который оказался сразу и во внеконкурсной программе «Премьеры Мариинского театра» (один из самых почитаемых разделов фестиваля) и в конкурсной программе. Из трех одноактных балетов за награды борется только «Инфра» - постановке известного британского хореографа Уэйна Макгрегора, который впервые работал с этим театром.

В коллекцию этого вечера попала еще студийная работа Антона Пимонова Inside the lines, созданная в рамках «Творческой мастерской молодых хореографов», а также давно ставший классикой балет «Маргарита и Арман». Фредерик Аштон сочинял ее для 43-летней Марго Фонтейн и мало кому тогда известного в Лондоне молодого Рудольфа Нуреева – для красивого прощания со сценой великой балерины. Но судьба распорядилась иначе – с этого балета началась новая страница в творчестве Марго Фонтейн и ее дуэта с Рудольфом Нуреевым, который просуществовал около пятнадцати лет. С тех пор «Маргариту и Арман» станцевали многие выдающиеся, а в Мариинском театре роль умирающей Маргариты Готье сегодня исполняет Ульяна Лопаткина.

Но гвоздем вечера стал, безусловно, третий балет. «Инфра» в переводе с латыни означает «под», «внизу» - Уэйн МакГрегор сочинил его после терактов в лондонском метро. Хореограф, наследующий традициям Мэрса Каннингема и Уильяма Форсайта, живо интересующийся возможностями 3D архитектуры, компьютерной графики, познакомившись с артистами Мариинского театра, выбрал для них именно этот балет на музыку Макса Рихтера, мировая премьера которого состоялась в 2008 году в Королевском балета Великобритании.

Пространство сцены поделено на верх и низ (сценография Джулиан Опи). По верху «бегущей строкой» движутся компьютерные изображения людей – клерк, модница, чиновник с портфелем, синий чулок… Набор этих фигурок ограничен, из их конфигураций складывается людской поток на улице – механический поток абсолютно чужих друг другу человечков-функций.

 Пространство внизу отдано живым людям, обреченным на контакт и близость – иногда просто потому, что им некуда деться друг от друга. Планшет сцены расчерчен на световые прямоугольники – точно окна вагона, и в каждом таком окне, в каждой клетке живут двое. Нежность, ненависть, поиск равновесия, борьба за лидерство, поддержки и перевороты тела и сознания, потери и обретения – каждой паре отпущены несколько квадратных метров и взрывоопасная плотность эмоций. Пары распадаются, образуются новые или не образуются вовсе, оставляя одиночек рыдать и метаться в бесконечной равнодушной толпе, искать свою потерянную вторую половину. Буквально – вторую половину: одев танцовщиков лишь частично (обнаженный торс партнера, обнаженные ноги партнерши), сочинив им особую - мерцающую, текучую, как отражение в воде, – пластику, МакГрегор добивается поразительного эффекта, когда из двух тел собирается общее, третье. Точно некий гений-программист играет с нашими изображениями, создавая на компьютере вселенной новую видеоигру, но сохранив за своими человечками право на отчаяние, одиночество и нежность.

 

 

 

Вернуться

Свежий номер журнала

Поиск по сайту