Год образования 1948, UNESCO

Изабель Юппер

Обращение. 2017 год

Итак, мы снова здесь. Вновь весна, и мы собрались, чтобы уже в 55-й раз отпраздновать Международный день театра. Только один весенний день посвящён во всём мире театру. Мы в Париже, самом привлекательном для театров городе, воздаём должное искусству театра.

Париж – город, который способен вместить все мировые театральные традиции. Отсюда, из столицы Франции, мы перенесёмся в Японию, познакомившись с театрами но и бунраку, мысленно прочертим линию, связывающую такие непохожие по выразительности Пекинскую оперу и Катхакали. Сцена позволяет нам наслаждаться Грецией и Скандинавией, погрузившись в творения Эсхила и Ибсена, Софокла и Стриндберга. Театр даёт нам возможность пронестись между Великобританией и Италией под впечатлением от Сары Кейн и Пиранделло. Эти 24 часа поведут нас из Франции в Россию, от Расина и Мольера к Чехову. В порыве вдохновения мы можем даже пересечь Атлантический океан и оказаться в калифорнийском кампусе, чтобы призвать студентов открыть для себя театр и прославиться на этом поприще.

Действительно, театр живёт бурной жизнью, преодолевая пространство и время. Достижения прошлых лет подпитывают современность, классический репертуар становится актуальным, когда к нему обращаются вновь. Каждый раз театр возрождается из пепла, избавляясь от условностей в своих новых формах: так он остаётся живым.

Международный день театра – это, конечно, особенный день. Он заставляет ожить необъятное пространство-время, и чтобы призвать это пространство-время, я хотела бы обратиться к одному французскому драматургу, гениальному и скромному Жану Тардьё. Процитирую его: «Что касается пространства, надо спросить, каков самый длинный путь от одной точки до другой. Что же до времени, то для него достаточно измерить с точностью до десятых долей секунды то время, которое нужно, чтобы произнести слово «вечность». И ещё в отношении пространства-времени Тардьё говорит: «Наметьте мысленно, перед тем как уснуть, какие-нибудь две точки пространства и посчитайте время, которое нужно во сне, чтобы прийти из одной точки в другую». Особенно запоминаются эти его слова – «во сне». Как будто встретились Жан Тардьё и Боб Уилсон. В Международный день театра мы можем упомянуть и Сэмюэля Беккета, персонаж которого Винни то и дело повторяет: «Какой счастливый день мог бы быть!» Размышляя об обращении, с которым мне выпала честь выступать, я вспоминаю свои сновидения обо всех этих сценах. И справедливо будет сказать, что я пришла сейчас в зал ЮНЕСКО не одна, со мной все персонажи, которых я когда-то сыграла, роли, которые, казалось бы, уходят, когда спектакль кончается, а на самом деле ведут тайную жизнь внутри меня, готовые прийти на помощь следующим ролям или разрушить их. Федра, Араминта, Орландо, Гедда Габлер, Медея, Мертей, Бланш Дюбуа... Меня также сопровождают сегодня все персонажи, которых я любила и которым аплодировала как зритель. А это значит, что я принадлежу всему миру. Я гречанка, африканка, сирийка, венецианка, русская, бразильянка, персиянка, римлянка, японка, жительница Марселя, Нью Йорка, филиппинка, аргентинка, норвежка, кореянка, немка, австрийка, англичанка – воистину гражданка мира.

В 1964 году во время празднования Дня театра Лоренс Оливье заявил, что после более чем столетней борьбы в Великобритании наконец был создан национальный театр, который он сразу же захотел превратить в интернациональный, по крайней мере в отношении репертуара. Оливье прекрасно понимал, что Шекспир принадлежит всему миру.

Рада была узнать, что с первым обращением в Международный день театра в 1962 году выступал Жан Кокто, ведь он предпринял «Путешествие вокруг света за 80 дней». Это заставило меня задуматься о том, что я и сама побывала в кругосветке, только иначе. Я сделала это в 80 спектаклях и 80 кинофильмах. Говорю и о фильмах тоже, потому что не вижу никакой разницы в том, играешь ли ты в театре или в кино. Удивительно, но это на самом деле так: никакой разницы.

Здесь и сейчас я представляю отнюдь не себя как актрису, просто я одна из множества тех, благодаря кому театр продолжает жить. А это наш долг и обязанность. То есть не мы делаем так, чтобы существовал театр, скорее это мы живём благодаря ему. Театр очень силён. Он борется, он может выдержать всё: войны, цензуру, бедность.

Достаточно сказать: здесь вместо декорации будет пустая сцена неопредёленной эпохи – и нужен лишь актёр или актриса. Что они будут делать? Что говорить? Станут ли они разговаривать друг с другом? Публика ждёт. Без зрителей нет театра – нельзя об этом забывать. Один человек в зале – это уже публика. Но будем надеяться, что пустых мест останется не много. И только не на спектаклях Ионеско! Он с таким мастерством преподносит нас свою художественную доблесть, когда в конце его пьесы Старуха говорит: «Да-да, умрём в полноте славы… Умрём, чтоб стать легендой… По крайней мере, у нас будет своя улица…»

Международный день театра отмечают уже 55 лет. За это время я стала восьмой по счёту женщиной, которую пригласили выступить с обращением, хотя я не знаю, годится ли здесь слово «обращение». Мои предшественники (преимущественно мужчины) говорили о театре воображения, свободы и оригинальности, о театре, воспевающем красоту, культурное многообразие и… вопросы без ответов. Всего четыре года тому назад, в 2013-м, Дарио Фо сказал: «Единственное разрешение кризиса театра – надежда на то, что охота на ведьм, организованная против нас, и особенно против молодёжи, которая хотела бы изучать театральное искусство и играть на сцене, откроет в этой безвыходной ситуации безграничные перспективы во имя нового возрождения».

Безграничные перспективы – это прекрасная формулировка, она могла бы украсить любую политическую программу, не так ли?..

Поскольку я нахожусь в Париже и тут скоро будут выборы президента, предлагаю тем, кто собирается нами управлять, очень внимательно отнестись к этим безграничным перспективам, которые даёт театр. И особо хотелось бы подчеркнуть: без охоты на ведьм!

Для меня театр – это нечто иное. Диалог, отсутствие ненависти. «Дружба народов»?.. Не совсем понимаю, что это значит, но хочу сказать, что верю в сообщество, в содружество зрителей и актёров, в сплочённость всех в театральном единстве: тех, кто пишет и переводит, кто освещает сцену, создаёт костюмы и декорации, – тех, кто всё это делает, и тех, кто в театр приходит. Театр нас защищает и охраняет. Я верю, что он любит нас – как мы любим его.

Вспоминаю одного режиссёра, с которым мне довелось работать в былые времена. Каждый вечер, прежде чем поднять занавес, он громко возглашал: «Дорогу театру!» Это я и хочу сказать в заключение.

Спасибо.

(перевод Ю. Ардашниковой)



Об авторе

Изабель Юппер – французская актриса театра и кино – способна на любые перевоплощения: женщина-вамп, юная леди, пожилая дама, очаровательница, воплощение зла. Кого только нет в списке режиссеров, с которыми ей довелось работать: Клод Шаброль, Жан-Люк Годар, Михаэль Ханеке, Игорь Минаев, Анджей Вайда, Пол Верховен, Франсуа Озон; в театре – Роберт Уилсон, Кшиштоф Варликовский, Люк Бонди, Ясмина Реза и многие-многие другие.

Благодаря потрясающей способности к исполнению различных женских характеров и многочисленным главным ролям, сыгранным Юппер, она не раз была удостоена высших наград, недавние из них – премия «Золотой Глобус», премия «Сезар» и номинация на «Оскар» как лучшая актриса. По решению исполнительного комитета Международного института театра, за долгое и преданное служение театру Изабель Юппер была выбрана выступать с обращением в Международный День театра – 2017.

В театре дебют Юппер состоялся раньше, чем в кино. В 1971 году на сцене «Комеди Франсез» в крохотной роли Люсиль в мольеровских «Смешных жеманницах» ей довелось произнести единственную фразу: «Vous nous avez obligées, sans doute» («Мы очень вам признательны»). Казалось бы, пустяк, «кушать подано», а на самом деле крещение театром (не каким-нибудь, а «Комеди Франсез»!) и начало большого театрального путешествия. До того, как в 1974 году на экран вышли «Вальсирующие» – и схватили актрису, и увлекли в большую славу, и принесли понимание, что славу эту надо держать на расстоянии вытянутой руки от своего сердца, Юппер успела побывать пантерой в «Голодаре», Марианной в «Скупом» (это был тур по США) и Марией в «По ком звонит колокол». Разные театры, авторы, эпохи и режиссёры – юная актриса пыталась определить пределы своих возможностей и с удовлетворением осознавала, что их не существует. Но были границы суток: в них всё так же оставалось 24 часа, и после того как в Юппер влюбились режиссёры «новой волны» и начали наперебой приглашать её в свои фильмы, театр был оставлен на целых 12 лет. Уходила из него восходящая звёздочка, готовая к любым экспериментам, вернулась одна из главных французских актрис.

В ней проявилась сила и сдержанность. Глядя на её экранных героинь, театральные режиссёры предлагали ей роли женщин, которых можно было бы назвать спартанскими: под элегантным платьем лиса может пожирать внутренности, но никто не заметит, что чувствует героиня, пока (если) она сама не позволит это заметить. В театре (чаще всего в «Одеоне») появлялись и Наталья Петровна в «Месяце в деревне», мучимая любовью и ревностью, и строгая Изабелла в «Мере за меру», выясняющая для себя, что мир не так прост и не так чист, как ей казалось, и шотландская королева Мария, и Жанна д’Арк, и Гедда Габлер – сильные женщины, взламывающие обычаи городов и стран и часто погибающие, потому что мир ещё не готов к тому, что женщины имеют право быть настолько сильными. С течением лет Юппер всё больше спрашивала себя и зрителей: что же такое эта сила? Её маркиза де Мертей в «Квартете» (режиссёр Роберт Уилсон, в основе – пьеса Хайнера Мюллера, в свою очередь забравшая главных героев из «Опасных связей») пугает до ледяного ужаса в груди; её Бланш Дюбуа в спектакле Кшиштофа Варликовского по «Трамваю «Желание» этой силы лишена, но так жаждет ею обладать, что производит впечатление сумасшедшей с первой же сцены (впрочем, действие явно и происходит в больнице, вся история – воспоминания Бланш). Вести за собой (отчаянно или надменно, презрительно или весело), прятать свою сущность, изображать ведомую – что принесет счастье? Юппер, всей своей работой в театре и кино отвечающая на вопрос, свой выбор никому не навязывает.